Авторизация на портале

Авторизуясь на www.stockworld.com.ua Вы получаете доступ к расширенному функционалу портала: комментированию публикаций, организации встреч и участию в мероприятиях, созданию собственного профиля и просмотру профилей других зарегистрированных пользователей портала
Также Вы можете авторизироваться при помощи вашего профиля в социальных сетях. Вы автоматически принимаете на себя условия Правил поведения на портале, а также условий перепечатки и другого использования материалов портала
Также Вы можете зарегистрироваться при помощи вашего профиля в социальных сетях :
19.10.2015 | 09:33
3947
0

Александр Гинзбург: «Отзыв лицензии – это не реформа»

Председатель Исполнительного совета Группы УМВБ – о своем отношении к аннулировании лицензии биржи.

Украинская межбанковская валютная биржа (УМВБ)– старейшая на украинском фондовом рынке, а решение НКЦБФР (Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку) об аннулировании ее лицензии – едва ли не наиярчайшая резолюция регулятора за последний месяц. StockWorld.com.ua не мог стоять в стороне от этого вопроса и уточнил у Александра Гинзбурга, одного из топ-менеджеров биржи и, как принято считать, одного из ее конечных бенефициаров, его видение ситуации, планы по отстаиванию своих интересов и в целом взгляды на отечественный ценнобумажный сегмент.

StockWorld: 1 октября  НКЦБФР аннулировала лицензию УМВБ. Для Вас это решение было неожиданным? Предупреждала ли Комиссия биржу о том, что у УМВБ есть нарушения, которые могут повлечь за собой отзыв лицензии?

Александр Гинзбург: «Нарушений со стороны УМВБ, которые могли бы повлечь за собой отзыв лицензии, нет».

Александр Гинзбург: Действительно, это решение было достаточно неожиданным для нас, и Комиссия не предупреждала биржу о своих намерениях. Да и, что важно, нарушений со стороны УМВБ, которые могли бы повлечь за собой отзыв лицензии, нет.

Давайте я расскажу Вам все, как есть. У нынешнего состава Комиссии есть концепция, согласно которой в стране должна быть одна биржа и один Хромаев. Они являются заложниками этой идеи, и все хотят «подогнать» под нее. Ни юридической, ни профессиональной, ни какой-либо другой базы под это нет. Не потому, что в стране должно быть много бирж, а потому что в стране должны быть рыночные условия, которые строятся на других принципах, но не на волюнтаристских. Давайте представим, что в Украине вдруг останется один банк…

SW: Но этот вопрос лежит в компетенции Валерии Гонтаревой, то есть НБУ…

«Комиссия решила, что если она тоже регулятор, то может вести себя, как НБУ».

АГ: Кстати, это отчасти связанные вещи. Банк, в отличие от биржи, – сложный, сбалансированный, ликвидный инструмент. Если банк теряет свою ликвидность и не может выполнять свои функции, он признается Нацбанком недееспособным, чем, собственно, регулятор и занимается. А Комиссия решила, что если она тоже регулятор, то может вести себя, как НБУ. Но Национальный банк не принимает решения, просто посоветовавшись, у него всегда есть набор показателей, которые должны не выполняться финучреждением, прежде чем оно будет «пущено под нож», да и то после определенного времени, отведенного на приведение его деятельности в соответствие с нормативами.

НКЦБФР много говорит о реформах на фондовом рынке, но отзыв лицензии – это не реформа, это, извините меня за скудность речи, понты. Комиссия не предприняла ни одной меры для развития фондового рынка в стране, а это ее прямая обязанность.

Комиссия не предприняла ни одной меры для развития фондового рынка в стране, а это ее прямая обязанность.

Александр Гинзбург
Председатель Исполнительного совета Группы УМВБ.

SW: Вы имеете в виду Нацкомиссию в общем или регулятор под руководством Тимура Хромаева?

АГ: Давай признаемся, Комиссия все время была «больным органом», за исключением своего первого состава, потому что комиссионеры того времени пришли на пустое место, где с нуля создавали нормативную базу. Все остальные «созывы» не создали ровным счетом ничего, поэтому в Украине фондового рынка нет. Ценные бумаги есть, а фондового рынка нет, поэтому тот рынок, который существует в этой стране, неликвиден. 

«В Украине ценные бумаги есть, а фондового рынка нет».

SW: Можете ли Вы назвать действия НКЦБФР в отношении УМВБ политическим или каким-либо еще давлением? Ведь все знают о Вашем авторитете и влиянии на фондовом рынке, и, по сути, такие шаги комиссии – доказательство тому….

АГ: Конечно, в этом есть политическая подоплека. Вопрос только в том, чья это политика – Президента, Премьер-министра, какой-то парламентской фракции, или это политика Нацкомиссии. И говоря о том, чья же все-таки это политика, то я не нашел ни одного интересанта в этом решении, кроме самой Комиссии. Бенефициаром такой политики является только PR самой НКЦБФР.

SW: Вы уже заявили, что будете обращаться к Президенту Украины с просьбой уволить текущий состав Комиссии. Почему Петр Порошенко должен прислушаться к Вам?

«Мы уже отправили письмо Главе государства».

АГ: Мы уже отправили письмо Главе государства – мы вообще делаем то, о чем говорим. Разумеется, требуется некоторое время, чтобы Президент и Администрация могли разобраться в этом вопросе. Мы ожидаем решения, ибо нынешняя политика Нацкомиссии, назначаемой Президентом, имеет непосредственное влияние на его рейтинг.

SW: Вы также отметили, что будете оспаривать решение регулятора в судебном порядке. Какие аргументы намерена биржа использовать для своей защиты в суде?

АГ: Наши юристы считают решение Комиссии незаконным и изложили свои  аргументы на 12 страниц. Дадим возможность суду определиться, кто прав в этом споре.

 «Наши юристы считают решение Комиссии незаконным и изложили свои  аргументы на 12 страниц».

SW: Как отреагировали ваши клиенты на эту резолюцию НКЦБФР? Как комментируют ваши друзья и коллеги по рынку такие решения?

АГ: Я получил два миллиона звонков в поддержку, естественно, это придало мне еще большей уверенности в правильности наших действий.

SW: Давайте на минуту представим, что Вы сам – комиссионер. Что бы Вы сами сделали с инфраструктурой рынка ценных бумаг, в частности, с биржевой, и не только?

 «Я получил два миллиона звонков в поддержку».

АГ: Реформы должны осуществляться, в первую очередь, путем изменения законов и регуляторной политики. Я имею в виду уточнение требований к капитализации, в том числе расчетно-клиринговых систем, работу над тарифной политикой, то есть рыночным путем.

Комиссия должна была создаваться на профессиональных принципах, тогда бы она пользовалась доверием и участников рынков, и акционеров. Пока же все действия НКЦБФР приводят только к ухудшению – как ситуации на рынке, так и позиций собственников акций, в частности, миноритариев. Недавние решения Комиссии по аннулированию лицензий банкам с российским капиталом, которые осуществляли депозитарную деятельность, одним словом, работали, им доверяли клиенты, – тому подтверждение, ибо теперь акционеры ничего не могут сделать со своими ценными бумагами.

«Реформы должны осуществляться, в первую очередь, путем изменения законов и регуляторной политики».

SW: Каким Вы видите выход из этой ситуации?

АГ: Комиссия нам нужна для того, чтобы регулировать рынок таким образом, чтобы все акционеры, независимо от того, какое у них количество акций – одна, две, три или 26 миллионов, имели равные права с точки зрения доступа к капиталу, и в любой момент могли свободно распоряжаться ими, в том числе превратить в деньги.  Действия Комиссии создают предпосылки для того, что это невозможно осуществить. И, принимая во внимание размер нашего рынка, я вообще не уверен в том, что нам этот регулятор нужен. Многие страны используют принцип мегарегулирования.

SW: Вы имеете в виду создание мегарегулятора на основе Национального банка Украины

«Когда ликвидность на рынке составляет 5 млн грн в день, то есть ли смысл содержания отдельного регулятора?...»

АГ: Существуют разные модели, но не будет новостью тот факт, что в большинстве стран фондовый рынок регулируют центробанки, хотя есть и другие мегарегуляторы, как, например, FCA (The Financial Conduct Authority) в Великобритании и SEC (Securities and Exchange Commission) в США. Есть смысл создавать регуляторы тогда, когда небанковский финансовый рынок превышает определенный размер, какую-то условную «красную линию». Когда ликвидность на рынке составляет 5 млн грн в день, то есть ли смысл содержания отдельного регулятора? Если бюджетные расходы на его обеспечение превышают прибыльность рынка… Когда объемы рынка вырастут до 2 – 3 млрд долларов, тогда будет уместно говорить о создании отдельно стоящего регулирующего органа. Пока же это может быть Департамент, точнее, даже Управление в составе НБУ. 

Это все значит только одно: Комиссия некомпетентна. Может быть, ее члены – хорошие люди сами по себе, но они заняты не своим делом.

P. S. StockWorld.com.ua обратился к Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку с просьбой о представлении позиции по этому вопросу. Пока мы ожидаем «симметричного» интервью с Дмитрием Тарабакиным, ответственным за регулирование биржевого сегмента.

 

 

Если Вы заметили орфографическую ошибку, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter
Оставить комментарий0
Для того, чтобы оставлять комментарии Вам нужно войти или зарегистрироваться.
Последние новости рубрики:
Stockworld's telegram
Подробнее